Многим читателям известен лозунг «Бог на небе, Трухильо на земле», который имел хождение в Доминиканской Республике в эпоху Рафаэля Трухильо. Его обычно используют в качестве примера культа личности. Однако доминиканские похвалы правителю были довольно скромными по сравнению с гондурасскими славословиями и пиар-акциями времён кариата (правления Тибурсио Кариаса Андино.) Если доминиканцы, по крайней мере, чётко определили границу между кесарем и Богом, то гондурасцы сделали последнего… политическим единомышленником Тибурсио Кариаса Андино! Более того, некоторые горячие последователи кариата не остановились на одном только христианском Господе и добавили в «команду каудильо» целую группу божественных и профетических сущностей и исторических персон.
Предпосылка для столь яркой и пафосной пропаганды была следующая.
Когда предусмотренный Конституцией срок пребывания Кариаса на посту начал подходить к концу, в правительстве, рабочей и аграрной среде, бизнес-сообществе, военных кругах сформировалась группа континуистов — сторонников продления президентских полномочий президента и освящённого законом перехода к националистической диктатуре. Поклонники «царственного, подобного благородному льву, благодетеля Отечества», старались как минимум формально держаться в рамках права, и предлагали добиваться своей цели не насилием и мятежом, а внесением поправок в Конституцию. Видный представитель континуистской мысли Даниэль Эрнандес, функционер Национальной партии, в труде «La justificación histórica de la actual prolongación en el poder», писал, что Гондурас «нуждается в мирном диктаторе, диктаторе, который обеспечит политический мир, в апостоле мира.»
Континуизм быстро стал главным интеллектуально-политическим трендом в Гондурасе. Дебаты и споры по поводу полномочий Тибурсио Кариаса Андино становились всё более жаркими, континуисты всё сильнее тянули одеяло на себя, и… Однажды Плутарко Муньос, супер-влиятельный глава Конгресса, горячий сторонник кариата, в полемическом запале произнёс фразу: «Даже Господь является континуистом!»
Под «божественным континуизмом» Муньос подразумевал бесконечность власти Творца над сотворённым миром и её безальтернативность, однако некоторые простые гондурасцы поняли возглас Муньоса как свидетельство того, что Господь напрямую поддерживает кариат и даже, вероятно, проголосовал бы за Кариаса Андино на предстоящих выборах. В результате лозунг «Господь является континуистом» на какое-то время стал политическим мемом в Республике.
На этом дело не остановилось. В многочисленных биографиях и пропагандистских памфлетах, восхвалявших гондурасского лидера, авторы заходили ещё дальше. Так, в «Biografía del dr. y gral. Tiburcio Carías Andino» Лукас Паредес обосновывал необходимость континуизма тем фактом, что Кариас был истинным каудильо — «таким же, как Иисус Христос, Будда (sic!), Мартин Лютер и пророк Мухаммед.» Интересно, что Рафаэля Трухильо, от культа личности которого мы отталкивались в начале заметки, сравнивали с Моисеем, но никогда — с Христом или Буддой. Сравнения с Христом он бы, разумеется, не одобрил, будучи ревностным католиком. Сравнение с Моисеем применялось в смысле «национал-патриаршества» Трухильо, который вывел нацию из упадка и стал отцом для всех доминиканцев.
Консервативная мыслительница Маргот Лаинфиеста, большая почитательница кариата, считавшая главными врагами Центроамерики анархию и склонность к революциям («о революциях говорят с такой же лёгкостью, как о спорте», — сокрушалась она, призывая «разрушить революционную традицию»), прямо писала, что поддерживает континуизм, потому что «Кариас Андино, как и Иисус Христос, является каудильо», а раз каудильо есть священная и провиденциальная фигура, то такая фигура и есть лучший правитель.
На мой взгляд, именно культ личности Тибурсио Кариаса Андино является наиболее показательным и гораздо более выпуклым, нежели культ Рафаэля Трухильо, который активно конструировала не только и не столько Partido Dominicano, сколько простой народ, получивший в Эру Трухильо доступ к благам цивилизации и колоссальный рост уровня жизни.
Нельзя сказать, что гондурасский кариат был непродуктивен. Режим создал большое количество рабочих мест, привёл в порядок национальный бюджет, стабильно строил школы, дороги и больницы, а кроме того, при кариате Гондурас обзавёлся мощнейшей по меркам региона авиацией, которая надолго решила как проблему территориальных войн с соседями, так и вопрос с внутренними конфликтами.
Режим был очень патриархальным в строгом смысле этого слова. Конституция 1936 года признавала гражданами только мужчин: грамотных гондурасцев 18 и более лет, женатых гондурасцев 18 и более лет; и неграмотных мужчин 21 года и старше. При этом в Конституции 1936 года заявлялось, что женщины и несовершеннолетние пользуются особой защитой государства, и кариистами был принят ряд мер по недопуску женщин и детей до тяжёлых или чрезмерно продолжительных работ.
Доминиканец Трухильо, коль скоро в этой заметке мы взялись сравнивать двух каудильо, напротив, ставил на «внутреннее раскрепощение» и освобождение, активно способствовал эмансипации женщин, а также прямо способствовал и одобрял развитие доминиканского национально-феминистского движения, и женское образование.) Доминиканский лидер скорее видел себя другом доминиканцев, в то время, как Тибурсио Кариас Андино склонялся к дирижизму и видел себя вождём и строгим, но справедливым учителем.
Эта склонность к патриархальной строгости проявлялось и во внешней политике: Кариас Андино был в близких отношениях с гватемальским диктатором Хорхе Убико, известным своим неприязненным отношением к национальному популизму (который проповедовали, например, Сомосы в Никарагуа, Маркос Перес Хименес в Венесуэле или тот же Рафаэль Трухильо), недоверием к простому народу и ставкой на мощную организованную полицию. Собственно, Хорхе Убико и помогал создавать кариистам гондурасскую полицию. Примером для Кариаса был Франклин Рузвельт. Победы Рузвельта и его День рождения отмечались в Республике, как национальные праздники.
Иллюстрация — портрет Тибурсио Кариаса Андино.